Судьба любого города прихотлива, как и судьба отдельного человека. Не является исключением и древний русский город Суздаль, много повидавший и испытавший на своем веку. И оставшийся, пожалуй, единственным в нашей стране городом, в котором сохранилось так много великолепных памятников древнерусского зодчества. Прекрасные храмы (их более тридцати!), звонницы, монастырские ансамбли и другие сооружения наглядно представляют каменную летопись страны, причем летопись наидревнейшую, — ведь Суздаль гораздо старше Москвы. Здесь княжили Ярослав Мудрый, Владимир Мономах, Юрий Долгорукий, Александр Невский и другие выдающиеся деятели Русской земли.

21 сентября 2010 г. исполнится 630 лет со дня Куликовской битвы. Дата не то чтобы очень круглая, но наверняка в музее-заповеднике на Дону (да и не только там) пройдут праздничные гулянья, потешные бои. И, конечно же, научные конференции. В праздновании будут участвовать и те, кто работает на раскопках непосредственно на Куликовом поле. Между тем результаты этих 25-летних исследований блестяще развенчивают миф о Мамаевом побоище и превращают «решающее сражение между Русью и Ордой» в скромную стычку двух конных отрядов.

Открывая новую книгу, мы словно открываем для себя дверь, за которой уходит в прекрасный неизведанный мир неведомая пока дорожка. На ней, вначале едва приметной под пылью веков, случаются удивительные открытия, бесценные находки, неожиданные встречи. Неленивому и любопытному, дерзнувшему окунуться в древние волны книжного моря, чтобы познать его сокровенные тайны, адресовано это напутствие. Мне, его автору, немало пришлось потоптать поисковых троп, поплутать по книжным заулкам, прежде чем отважиться взяться за перо и написать эти строки.

Тысячу лет назад Европа была охвачена страхом. Повсюду люди сообщали о зловещих видениях и таинственных голосах. Различные прорицатели истолковывали массовые галлюцинации зрения и слуха и даже обычные явления природы как предвестники небывалой беды. Людей пугало приближение 1000 года. Все ждали Светопреставления и Страшного суда. Хотя за 1000 лет человечество очень изменилось, но наступление нового века и нового тысячелетия вызвало у многих людей повышенную восприимчивость к катастрофическим прогнозам. Казалось бы, современный прогресс делает невозможным страхи, одолевавшие человечество 1000 лет назад.

В значительном массиве литературы по доисторической археологии, накопившемся в последние годы и отражающем почти все аспекты предмета изучения до сих пор в нашей стране, насколько мне известно, не делалось попытки свести воедино и истолковать в целом весь материал, относящийся к религиозным явлениям. Конечно, существует множество превосходных региональных исследований, систематизирующих и анализирующих большое количество данных по определенным районам и культурам, — все это так, но сведения в полном объеме не смогли представить.

Ранней осенью 1922 по берегу священного лапландского Сейдозера, в одном из самых труднодоступных уголков Кольского полуострова, пробирался отряд обессиленных людей. Скоро вечер — надо спешить. И вдруг вдали в скользящих лучах солнца проступила гора. На ее отлогом каменистом склоне отчетливо выделялась гигантская — до 100 м — фигура человека с крестообразно раскинутыми руками. Так Александр Барченко увидел то, к чему, быть может, стремился всю свою жизнь. Перед ним был несомненный след, оставленный той древнейшей и давно исчезнувшей с лица земли цивилизации, которую античные авторы именовали гиперборейской: слово указывало на ее местонахождение — за Бореем — Северным ветром, или просто — на Севере...

Эта книга целиком посвящена Тибету. Вернее, той стороне тибетской традиции, которая представляла интерес для экспедиции Эрнста Шефера, стратегически подготовленной Генрихом Гиммлером и отправленной в Тибет в 1938 году при поддержке общества «Аненэрбе». Этот эпизод глобальной метаполитической игры может быть рассмотрен сквозь призму истории. Именно так и поступил автор книги Андрей Васильченко, открывая картину взаимоотношений, влияний и биографий, связанных с подготовкой и проведением экспедиции Эрнста Шефера.

Наука экология с момента своего возникновения была ориентирована на познание взаимосвязей организмов со средой обитания. Однако уже вскоре стало очевидно, что пришла пора всерьез продумать обостряющийся конфликт цивилизации с природой. Так, наряду с биоэкологией возникла техноэкология (её называют ещё экологией человека и социальной экологией). Эта дисциплина призвана не только изучать проблемы, но и рекомендовать практические мероприятия для предвидения и преодоления экологических кризисов.

Наука экология (греч. — изучение окружающей среды) с момента своего возникновения была ориентирована на познание взаимосвязей организмов со средой обитания. Однако уже вскоре стало очевидно, что пришла пора всерьез продумать обостряющийся конфликт цивилизации с природой. Так, наряду с биоэкологией возникла техноэкология (её называют ещё экологией человека и социальной экологией). Эта дисциплина призвана не только изучать проблемы, но и рекомендовать практические мероприятия для предвидения и преодоления экологических кризисов...

Наука экология с момента своего возникновения была ориентирована на познание взаимосвязей организмов со средой обитания. Однако уже вскоре стало очевидно, что пришла пора всерьез продумать обостряющийся конфликт цивилизации с природой. Так, наряду с биоэкологией возникла техноэкология (её называют ещё экологией человека и социальной экологией). Эта дисциплина призвана не только изучать проблемы, но и рекомендовать практические мероприятия для предвидения и преодоления экологических кризисов.