Когда два кавалера добиваются любви дамы - это выглядит красиво только в романах. На деле же такая ситуация не доставляет даме никакой радости, одни проблемы и огорчения. А если кавалеры к тому же горячие мистралийцы, да если еще выясняется, что их смертельная вражда началась много лет назад и вовсе не женщина была тому причиной…

Когда битва идет за любовь, женщина еще может сказать свое слово. Но когда речь идет о чести - компромисс невозможен.

Час пробил, и пробил для всех! Для Ириена и Джасс, для лангеров и чародеев, для людей и эльфов, для королей и шпионов. Стоит ли жизнь одной-единственной женщины равновесия целого мира? Чем придется пожертвовать ради Любви? Сможет ли Альс поставить все на карту и пройти по острию меча? Стоит… Всем… Сможет… Почему? Потому что он – Последний Познаватель, и потому что Истинная Любовь не умирает. Все запомнили?!

Закончилась страшная война. Уничтожена армия незаконных магов, кости некроманта обглодали курганники в Аттаханской степи… Подписано Соглашение о Вечном мире – а каждому школяру известно, действуют такие соглашения уж никак не меньше двух-трех лет. Увы! Даже такой короткой передышки не получило Староземье. Беда грянула вновь. Полыхают колдовские огни Престолов Силы, орды орков спускаются с гор. С севера, из глухих, забытых богами лесов, звериными тропами крадется в мир древнее Зло. Кто встанет на его пути? Ну конечно же они, наемники Судьбы! У них ведь уже есть опыт в делах такого рода…

Ну подумаешь, пошли две юные девушки прогуляться. За ингредиентами доя приворотного зелья. На кладбище. Ночью. В полнолуние. В пятницу. Тринадцатого числа. И что теперь? Откуда же они знали, что там их ждет такое… такие… Ну, в общем, те самые… Нет, не мертвяки. Живые иногда бывают гораздо более опасны.

Позвольте представиться – Джейко Тацу, начальник Магического Сыска славного города Ойя. Вы когда-нибудь общались с оборотнями? А с Белыми Тиграми? Нет? Считайте, что вам повезло. Как ни политкорректно это звучит, но все Белые Тигры – психи! А теперь представьте себе: мой отдел расследует пять убийств, и все подозреваемые из этого клана! Эх… Вот и крутись как хочешь, а дело-то раскрывать надо!

Искусство программирования (англ. The Art of Computer Programming) — фундаментальная монография известного американского математика и специалиста в области компьютерных наук Дональда Кнута, посвященная рассмотрению и анализу важнейших алгоритмов, используемых в информатике. В 1999 году книга была признана одной из двенадцати лучших физико-математических монографий столетия.
Проект написания книги был начат автором в 1962. Изначально планировалось выпустить её одним томом, но объём материала оказался столь большим, что количество томов было увеличено до семи. Первые три тома были изданы достаточно быстро: том 1 в 1968 году, том 2 в 1969 году, и том 3 в 1973 году, после чего последовал перерыв до февраля 2005 года, в котором автор опубликовал первую часть четвёртого тома. Было принято решение выпускать остальные части четвёртого тома приблизительно по две в год отдельными выпусками, после чего официально издать весь четвёртый том. На протяжении 2005—2009 годов были изданы выпуски 0, 1, 2, 3 и 4, а в 2011 году был выпущен том 4А, в который вошла информация из этих выпусков. Также в 2005 году был выпущен выпуск 1 «MMIX — RISC-компьютер для нового тысячелетия», информация из которого войдёт в новое, четвёртое издание первого тома.
Время, необходимое на полное завершение книги, сам автор оценивает в 20 лет непрерывной работы в полный день. Поскольку Кнут всегда считал «Искусство программирования» основным проектом своей жизни, в 1990 году он вышел на пенсию, с намерением полностью сконцентрироваться на написании недостающих частей и приведении в порядок существующих.

Из сатирических произведений Эразма Роттердамского, благодаря которым научно-литературная деятельность его получила широкое общественное значение и обусловила его выдающееся место не только в истории литературы, но и во всеобщей истории, особенно выдающееся значение имеет «Похвала Глупости» («Moriæ-Encomium, sive Stultitiæ Laus»). Это небольшое сочинение по словам автора было написано от нечего делать — во время продолжительного, при тогдашних путях сообщения, переезда его из Италии в Англию в 1509 году.

Сатира написана в жанре иронического панегирика, что было обусловлено сочетанием двух тенденций, характерных для эпохи Возрождения: обращение к античным авторам (поэтому панегирик) и дух критики общественного уклада жизни (поэтому иронический).

Сам Эразм смотрел на это своё произведение, как на литературную безделку, — но своей литературной знаменитостью и своим местом в истории он обязан этой безделке во всяком случае не в меньшей степени, чем своим многотомным учёным трудам. Большая часть последних, сослужив в своё время службу, давным-давно опочили в книгохранилищах, под толстым слоем вековой пыли, в то время как «Похвала Глупости» продолжает до сих пор читаться, сравнительно немногими в латинском подлиннике, но, можно сказать, всеми в переводах, имеющихся в настоящую пору на всех европейских языках (в том числе и на русском), и тысячи образованных людей продолжают зачитываться этой гениальной шуткой остроумнейшего из учёных и учёнейшего из остроумных людей. Со времени появления печатного станка это был первый случай поистине колоссального успеха печатного произведения. Изданная в первый раз в 1511 году, сатира Эразма Роттердамского выдержала в несколько месяцев до семи изданий; всего при жизни автора она была переиздана в разных местах не менее 40 раз.

«Аще где в книге сей грубостию моей пропись или небрежением писано, молю вас: не зазрите моему окаянству, не клените, но поправьте, писал бо не ангел Божий, но человек грешен и зело исполнен неведения».

Жила в клетке птичка. Бывало, с утречка, как солнце глянет, до того весело тренькает, — спросонья так и тянет ее придушить! Кеныреечка чертова! Нет, поет изумительно, но спозаранку надо совесть иметь! Не в филармонии живем все-таки!
Хозяева со сна начинали крыть нецензурными выражениями, которые ложились на птичий свист, и складывался, как говорят музыканты, редкостный, едрена корень, речитативчик.

По специальности я писатель-сатирик. Крохотная черточка, за которой стоит насмерть бесстрашное слово «сатирик», у культурного человека вызывает сомнение: а писатель ли?
Вот уже лет пятнадцать, как я с облегчением снял форму сатирика, что в силу мягкости характера вообще мне не свойственно, и по сей день я несгибаемый юморист. Словечко, конечно, несолидное, вызывающее улыбку, но по сегодняшним меркам это не так уж и мало.
У меня свой взгляд на этот безумный мир, отчего жить со мной трудно, но читать об этом смешно.
Отсутствие сатирической желчи позволило включить в «Избранное» многое из написанного в разные годы. Потому что, кроме сорвавшейся с цепи свободы слова, мало что изменилось в самом человеке.
Я благодарен нелепо прожитой жизни, своей семье и пуделю Арто за сюжеты, вошедшие в эту книгу.